Сазан выбирает перловицу

Река изобилует затопленными карьерами. Берега гранитные, обрывистые, глубина незаурядная. Одним словом — зимовальные ямы, любимые места судаков, лещей, сазанов. В один из мрачных июльских дней я проводил разведку относительно судака в реке, имея в наличии велосипед и спиннинг.

Первый заброс сделал на рассвете.

До 9 часов мне удалось преодолеть несколько километров, осуществить сотни забросов, но результат моих усилий был весьма скромный: один окунь и один судачок до килограмма. Но зато я обнаружил стоянку сазана, его логово, его местожительство. Оно как раз находилось в одном из таких карьеров. Три раза подряд с небольшим интервалом выбрасывался сазан из воды. Солидный, взрослый сазан. Я приметил это место и с интересом начал рассматривать. Утренний легкий ветерок на время утих. В районе всплеска сазана на водной глади появилась сетка мелких пузырьков, которые образовывали небольшие круги… У нас рыбаки такое явление объясняют так – карп поедает ракушки своими сильными, мясистыми губами.

Сидя и наблюдая за рыбой, я вспомнил о Сабанееве и его слова о том, что место пребывания карпов всегда помогут найти местные жители и пастухи (только не рыбаки). А еще лучше рыбаку самому отыскать такое место, наблюдая за поведением карпа (там, где часто вскидывается). Если замеченное место отвечает качеству дна и условиям глубины, то можно уверенно сказать, что именно здесь и находится жилище карпа. Признаками их присутствия служат пузырьки, которые пускают карпы, когда копаются в иле, но подобные пузырьки могут пускать лещи, язи и другая рыба. Это целый фейерверк пузырьков, который отображается на поверхности кругами 13-18 см в диаметре.

Точно! Все точно так и происходило: выбросы и пузырьки. Я не сомневался, что это сазан, и скорее всего не один — не проходной, что здесь их логово. Мне стало не до судаков. Запомнив место и определив, с какого берега реки мне будет удобнее добраться моими снастями к эпицентру их жилья, я отправился домой с твердой уверенностью вернуться сюда завтра же на рассвете, но уже с другой снастью, сазаньей. Решил попробовать счастье на макушатники. Они у меня на два крючка. Некоторые ставят по четыре, но считаю, что двух вполне достаточно. Если сазан подошел, если уже сосет макуху, то один из двух непременно найдет. Проверено практикой. Так и экономнее выходит, поскольку кубики из макухи в этом случае делаются меньше.

С рассветом, как и предусматривал — на месте. Легкий, едва заметный, туман над водой. Слегка парует, дышит красавица река. Сегодня я на противоположном берегу. Он более пологий. С него удобнее бороться с рыбой, если она соблазнится моими кусочками макухи. Закидываю по очереди три спиннинга. Веером, чтобы расширить зону облова. Внезапно, хотя этого ожидал с первой секунды приезда на место, огромная рыба выпрыгивает из воды. Полностью показывается над водной гладью и, будто зависши в воздухе, неуклюже плюхается в реку. Характерный звук раздается в округе. Сердце бьется, комары звенят, но их не замечаешь. Все внимание на прищепки. Они – в настоящий момент сигнализаторы клева, с них не свожу взгляд, они не шевелятся. Даже не покачиваются, ветра нет, и клева нет. Ежечасно я перезабрасываю спиннинги. Просидев до обеда, видел две поклевки, взял два карася, хороших, — полукилограммовых. И все! Сазан выбрасывался несколько раз, смеясь над моей наивностью, что он, старожил этих мест, так легко не поведется на мои хитрости.

Дома опять перечитал Сабанеева. Теперь о том, что огромное значение для ловли сазана имеет «привада», то есть корм, который заблаговременно бросается в определенное место для привлечения рыбы, чтобы была она здесь в нужный час, надеясь по привычке найти лакомства, которые находила здесь и раньше. Сделал выводы: наварил гороха, пшеницы. С самого утра я уже на своем месте. Раздеваюсь, беру в зубы кулек с привадой, заплываю, делаю зерновые дорожки к центру, то есть месту, куда будут ложиться мои макушатники…

Заканчивается рыбалка, подвожу итоги. Результаты несколько улучшаются в сравнении с первым выходом: четыре карася, такой величины, как в первый раз, и один карп-карась на 750 г. А сазана нет.

После обеда возвращаюсь домой. Опять обращаюсь к своему наставнику и нахожу: «Местами, карп неплохо берет ТАКЖЕ НА РАКУШКИ…» И здесь я вспоминаю, как рыбачил в молодости. Ловил обычными донками – глухой груз, три поводка, наживка – червяк. Попадались ерши-носари, густера. Была середина лета. До полудня стало нестерпимо знойно, клев практически прекратился. Решив освежиться, я заплыл метров на двадцать и попробовал достать дна. Нырнул. Метров шесть было в том месте. Ногами, коснувшись речной почвы, нащупал перловицы — большие речные ракушки. Уже в те годы я знал, только теоретически, что временами на ракушки хорошо ловится рыба. Нырнув еще раз, я поймал несколько штук. На одну донку насадил на крючки нежное сочное тельце ракушки и забросил. Особенно не надеялся на успех, разлегся на песке под жгучим солнцем. Вдруг колокольчик зазвенел. Я схватился. Донка, моя донка, точнее кол с мотовильцем, вырванный из песчаного берега, уже мчался по воде. Я не успел его схватить, как он пошел вглубь реки. Донка была без катушки (с того памятного дня я без катушки не ловлю). Но вернемся к ракушкам.

Вторую донку я снарядил той же наживкой и забросил в то же место, где только что была украденная. Некоторое время находился возле нее, но клева не было, и я несколько расслабился. Зато случилось невероятное: без всякого предупреждения, изо всех сил моя донка полетела в воду. Я был настолько потрясен, что ничего не смог поделать. Я просто обомлел. Кто тогда уволок мои две донки, я не знаю и до сих пор. Возможно, это был сом, может сазан — гадать не буду. Но факт остается фактом: эта странная рыбалка запомнилась мне на всю жизнь в самых детальных подробностях.

«А что, если попробовать на перловицу?» — спросил я себя. И ответил утвердительно: «Нужно попробовать!» В тот же день, вечером, я отправился на городской пляж. На песчаной мели было достаточное количество речных мидий. Собрав пакет, решил, что на первый раз хватит. Вернувшись, домой, добавил к каждому макушатнику по одному длинному поводку на скользящей петле на основной леске. Поводки не из лески, а из нити «Дракон» немецкого производства — 0,16 мм, разрыв — 12,4 кг. Эта нить одна из лучших, известных мне, никогда не подводила. И гранитные камни, и ракушки ее не сильно травмируют.

Уже в третий раз я встречаю рассвет на «своем» месте. Надежда на успех не оставляет меня. Часть перловиц из пакета высыпаю в траву, создаю им комфорт, поливая водой из реки. Что остались в пакете, дроблю с помощью камня. Выходит кашка. Эту кашку я использую в качестве подкормки, чтобы пробудить аппетит у рыбы. Заплываю, разбрасываю во всех направлениях приваду. Вода прохладная, одновременно бодрит и добавляет сил. Азарт растет. Основная часть сделана: место подкормлено. Забросил спиннинги, жду. Вот уже поднимается солнце. Тучки, часто закрывают его. Где-то вдали прозвучал гром. «Это хорошо»- отмечаю себе. В грозу сазан активен, и шанс на успех растет. Я полон внимания, бдительности, но подхода сазана к наживке и начало клева так и не заметил. Все было неподвижно и вдруг – «заговорила» катушка, ударив как током по обнаженным нервам. Пулей срываюсь с места, подхватываю спиннинг, подсечку делаю одной кистью, чтобы, не дай бог, не порвать леску…

А спиннинг – дугой. Весело звенит леска, уходя на середину реки, в глубину. Машинально, не думая, снимаю катушку из трещотки, пытаюсь остановить рыбу. Но она еще при силе. Умнее всего — отдать ей несколько метров лески, чтобы утомить, сдержать этот безумный порыв к свободе, жизни. Отдаю ей метр за метром, но не свободно, не с легкостью вращения катушки, а с определенным сопротивлением, надеясь на прочность лески. Она у меня отечественная «Клинская» 0,45мм (предварительно проваренная в растворе соли, которая придает ей прочность и эластичность). После такой обработки леска не путается, а если и случается «борода», то легко убирается. Мой приятель на такую леску вытянул сазана на 16 кг. Не в пруде, в реке. Вообще относительно сазана он — ас, виртуоз.

У меня все выходит: рыба останавливается, разворачивается к берегу. Подматываю леску, но не быстро. При наименьшем натиске сазана сдаю оборот катушки и снова веду рыбу к берегу. У берега — мель, и это не в мою пользу. Сазан чувствует берег, в данной ситуации боится его панически. Одной рукой беру подхват, зажимаю его под мышкой и захожу в воду почти до пояса. В этом месте рыба не так пугается, теряет бдительность. Этим я и пользуюсь. Вот выходит из глубины, почти около моих ног солидный сазан. Боюсь что-то загадывать пока он не в подхвате, боюсь потерять удачу…

Со второй попытки рыба попадает в подхват. Выхожу на берег. Дело сделано: сазан пойман. Взял он на перловицу. Опускаю рыбу в садок, привязываю к кусту. Какой-то неугомонный попался сазан, очень свободолюбивый. Неоднократно со страшным шумом бьется он в сетке, надеясь убежать. Я не на шутку растревожился: с таким рвением может пробить нити. Но они капроновые, крепкие, не сдаются. Шумом, который возник, сазан отогнал побратимов, возможно, своими действиями он предупреждал их об опасности. До вечера никто из его родственников меня не потревожил и выбросы прекратились. Правда, караси не ленились, клевали старательно. Вероятно, подкормка подействовала.

Закончив рыбалку, собираю снасти. В последнюю очередь достаю садок с сазаном. Вынутый из воды, он ведет себя тихо, очень тихо и не верится, что еще минуту назад он так буянил, что повредил себе хвост. В рюкзаке он также не обнаруживает никаких признаков жизни, а караси трепещутся. Мне кажется, что от безысходности сазан получил сердечный удар — разрыв сердца. В первый раз за свою рыбацкую практику мне стало жаль рыбу. Она хотела жить. А я лишил ее этого божьего дара. В первый раз, с какой-то неизвестной мне раньше горечью я возвращался домой с рыбой. Тяжелый груз лежал на сердце. Может это и есть переоценка ценностей? Все в этом мире живет, все взаимосвязано.

А сазан весил 6 кг 300 г.